†Нарисованный мелом†
†Zone or Ksandra†
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

†Нарисованный мелом† > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)


кратко / подробно
Вчера — понедельник, 20 августа 2018 г.
Роли Leonhart в сообществе AKATSUKI 21:59:45
­­Список ролей для того, чтобы вы могли определиться с занятостью вашего персонажа. Указываются только активные, или ранее присутствовавшие в игре каноны, а также каноны с прописанными ролями с указанием ссылки на них.
­­Здесь вы можете поставить на бронь канона или роль персонажа в игре. Роли могут быть дополнены.
Занятые персонажи обозначены ссылкой на пользователя и полным именем персонажа. Забронированные - бронь до [число]. Бронь длится неделю

Подробнее…Каноны
Полиция
Саске Учиха - http://gurentay.beon.ru/0-3-kanony.zhtml#3

Акатски
­Сасори
Дейдара - http://gurentay.beon.ru/0-3-kanony.zhtml#2
Какузу - http://gurentay.beon.ru/0-3-kanony.zhtml#4

Обычные люди
Хината Хьюга - http://gurentay.beon.ru/0-3-kanony.zhtml#1

Неканоны

Глава токийской полиции (0\1)
Коррумпированные полицейские, входящие в какую угодно группу, от верхушек до простых патрульных (0\2)
Патрульные, добропорядочные (0\3)
Полиция безопасности (0\1)

Патологоанатом (0\1)
Врач, работающий на якудза (0\1)
Врач, занятый спасением жертв якудза (0\1)

Члены Акатсуки (0\3)

Проститутки в борделе под покровительством Акатсуки, пол любой (0\3)
"Мамка" в борделе (0\1)
Танцовщица в клубе (0\2)

Оябун Кёкуто-кай (0\1)
Члены Кёкуто-кай (0\3)


Категории: Вступительное
Взято: Игра стоит свеч [Забавы Богов] Catacitoka 09:41:13
­D. S q u a l 8 марта 2018 г. 22:08:21 написал в своём дневнике ­Haven
"Заменить всё вино Диониса на виноградный сок".
[Твоё имя] и не предполагала, что шпионаж окажется настолько изматывающим занятием: за несколько дней слежки за Дионисом она настолько точно выучила его распорядок дня, что, разбуди её среди ночи, она без запинки ответила бы, во сколько он чистит зубы или прогуливается перед сном. И уж совершенно точно девушка знала, когда его хранилище с вином остаётся без присмотра.
Покопавшись немного с замком, [Твоё имя] облегчённо выдохнула: дверь наконец негромко скрипнула, впуская внутрь. Кожу приятно обдало прохладой. По всему периметру помещение было заставлено стеллажами; ящики и коробки, набитые до отказа, громоздились друг на друге.
Оценив масштабы предприятия, девушка присвистнула, но решила раньше времени не отчаиваться – благо в специальном пункте можно было получить что угодно из мира людей, а уж виноградный сок и подавно.
Аккуратно сняв с полки поллитровку с тёмно-красной жидкостью, она довольно хихикнула, – вот будет умора, когда Дионис решит похвастаться своим фирменным напитком и откупорит одну из бутылок! Издав характерный звук, из горлышка выскочила пробка; в нос ударил пряный аромат. [Твоё имя], уже взявшая в руки воронку, замерла в размышлениях: а не попробовать ли ей вина, не дожидаясь ближайших праздников – что с того, если в какой-то бутылке будет недоставать пары глотков? В конце концов, никто же не будет отмерять напиток по миллилитрам?
На вкус вино оказалось горьковатым и достаточно терпким, однако с первым глотком по телу разлилось приятное тепло, и [Твоё имя], немного подумав, отпила ещё капельку.
– Дионис!~
Бог, появившийся на пороге с очередной порцией вина, охнул от неожиданности: он был абсолютно уверен, что перед уходом запирал хранилище на ключ. Он едва успел водрузить ящик на ближайшую полку и в следующую секунду уже ловил девушку, бросившуюся ему на шею и потерявшую равновесие. Ещё больше зеленоглазый обомлел, когда [Твоё имя] положила руки ему на плечи и ткнулась своими губами в его. Сердце парня невольно затрепетало: неужели после стольких дней безрезультатных ухаживаний, после всех бессонных ночей, проведённых в раздумьях о [Твоё имя], она наконец-то решила принять его чувства? В здравом уме она ни за что не отважилась бы заявить о своей симпатии таким образом, если только не... Почувствовав легкую горечь на губах девушки, Дионис тут же оттолкнул её. Опасения бога подтвердились, когда на полу помещения он увидел три опустошённых бутылки.
– Ты что, выпила всё это в одиночку? – опешил он.
– Но вино было очень вку-усным, – по-детски закапризничала [Твоё имя].
Внезапно она дотронулась до виска – видимо, закружилась голова, – и, что-то бормоча, сползла по стене на пол. Видя её мучения, Дионис понемногу оттаял: сейчас [Твоё имя] больше напоминала ему наивного нашкодившего ребёнка. Зеленоглазый опустился рядом с девушкой на корточки и, вместо того чтобы отчитывать её, успокаивающе потрепал по волосам.
Подняв голову и посмотрев на Диониса затуманенным взглядом, [Твоё имя] затем вновь потянулась к нему, однако парень остановил её, усмехнувшись краешками губ. Не о таком первом поцелуе с ней он мечтал.
– Выпей со мной, – попросила [Твоё имя], протягивая Дионису начатую бутылку.
– Не буду, – покачал головой бог, отбирая у неё напиток, – и ты тоже больше пить не будешь.
– Почему-у?
– Потому что наутро у тебя будет очень болеть голова, – улыбнулся Дионис.
­­
Юи Кусанаги:
– Вот, выпей, – Юи протянула [Твоё имя] пилюлю, – и голова пройдёт.
Та залпом осушила стакан с водой.
– Сколько ни пью, жажда всё равно мучает, – вздохнув, пожаловалась девушка.
Юи подавила в себе смешок и ободряюще улыбнулась:
– Это пройдёт. Удивительно, как тебе потом не влетело от Диониса.
Не заметив, как покраснела [Твоё имя], брюнетка плюхнулась рядом с подругой и уставилась в потолок; ненадолго в комнате воцарилось молчание.
– Но всё же брать чужие вещи без спроса – это некрасиво, – нравоучительным тоном добавила Юи, подняв указательный палец вверх.
/твой "голос совести", часто предостерегает от необдуманных поступков, но в целом относится по-доброму: вы и подурачиться можете, и покорпеть вместе над домашкой. Всё-таки Юи порой не хватало женского общества – не все темы можно обсудить с парнями, – и дружба с тобой с лихвой окупила её потребность в общении по душам/
Аполлон Агана Белеа:
– ...а я всегда знал, что Ди-Ди нужна не та, кто будет запрещать ему выпивать время от времени, а девушка, разделяющая его вкусы, – жизнерадостно заявил Аполлон, одобрительно хлопая [Твоё имя] по плечу. – Не правда ли, его коллекция просто восхитительна? Ты уже оценила пикантный вкус урожая предыдущего года?
– Аполлон, если ты не прекратишь трещать, мне снова понадобится таблетка от головной боли. – [Твоё имя] взглядом дала понять, что оптимизм, фонтаном бьющий из бога солнца, сейчас явно был не к месту.
/чудак подумал, что Дионис устроил тебе дегустацию вин. Ясно видит симпатию бога виноделия к тебе и ума не приложит, почему ты так упорно не хочешь раскрыться парню – у Ди-Ди ведь столько положительных качеств!.. Он и заботливый, и весёлый, и душевный – словом, в каких красках блондин тебе Диониса только не изображает, чтобы возвысить того в твоих глазах. С Аполлоном у вас довольно-таки неплохие отношения, но ты всё равно иногда устаёшь от его болтовни и неиссякаемого оптимизма/
Аид Аидонеус:
/выступает в роли молчаливой и покорной жилетки для Диониса, изливающего родственнику душу, когда мужчины проводят время за работой в саду. Сформировал своё мнение о тебе исключительно на основе приукрашенных рассказов Диониса и считает жестокой и заносчивой девушкой/
Локи Лаватейн:
– Эй, нам тут проект задали, я записал тебя в группу со мной и Тором, – сообщил Локи только что вошедшей в класс [Твоё имя], – не возражаешь?
– Не-а, – пожала плечами девушка, гадая, отчего это Локи вдруг стал с ней таким приветливым.
– Отлично! – просиял рыжеволосый. – Приходи тогда к нам вечером!
/одним из первых понял, что Тор к тебе неровно дышит. В Локи кои-то веки проснулась совесть: вспомнив, сколько для него сделал бог грома, трикстер решил отплатить товарищу добром и вознамерился вас свести (Тор, кстати, будет только благодарен). Как парень догадливый, уже просёк фишку, что и Дионис испытывает к тебе сильную симпатию, поэтому пытается его всякими способами от тебя отвадить. В принципе, Локи и сам не против с тобой сдружиться. Вы отчасти схожи с ним характерами – оттого и ладите хорошо/
Бальдр Хрингхорни:
/видит в тебе второго Локи, за которым нужен глаз да глаз, и, как и Юи, часто журит тебя за всякие проделки. Он не считает тебя плохим человеком, но всё же думает, что тебе следует быть поспокойнее/
Такеру Тоцука:
– Хватит уже валяться! – Такеру вытряхнул [Твоё имя] из одеяла. – И так весь день в кровати лежишь! А на тренировку кто пойдёт?
– Голова-а... – захныкала девушка, заворачиваясь обратно.
Такеру закатил глаза:
– Ну почему это я должен бороться с твоей ленью?..
/как ни странно, но подобная встряска от Такеру всегда работает: стоит тому тебя немного растормошить, и ты уже бегаешь и резвишься, как ни в чём не бывало. С Такеру вы замечательно спелись ещё с первых дней – что просто удивительно, учитывая трудный характер парня – и теперь почти неразлучны. Естественно, это не может не злить твоих поклонников, испепеляющих Такеру взглядом каждый раз, когда тот без задней мысли хватает тебя под руку или обнимает за плечи/
Цукито Тоцука:
/за всё время пребывания в академии вы перебросились фразами от силы пару раз, даже несмотря на то, что ты часто зависаешь в комнате у них с Такеру. Бог луны ничего к тебе не чувствует, но рад, что у его брата появилась хорошая подруга-человеческа­я девушка/
Тор Мегингёрд:
– Девушкам твоего возраста нельзя злоупотреблять алкоголем, – беззлобно сказал Тор, косясь на [Твоё имя], вот уже половину дня валявшуюся в постели.
– Только не нотации, – простонала та, прикладывая ко лбу холодную бутылку, – сначала Юи, теперь ты...
Тор лишь негромко усмехнулся, улыбнувшись уголками губ:
– Тогда сделаю вид, что этого раза не было.
/если не хочешь узреть гнев Тора, моли Бога, чтобы он не узнал про ваш с Дионисом поцелуй. Действия парня передугадать трудно, но после такого он однозначно разорвёт с тобой отношения, которыми бог, по секрету, глубоко дорожит: Тор может вести себя по отношению к тебе несколько покровительственно,­ но это не значит, что он тобой не очарован. Его привлекает твой бойкий нрав и лёгкий характер, и в минуты, проводимые с тобой, Тор снимает маску безэмоционального сухаря и становится более раскрепощённым – ты даже не замечаешь, как он медленно, но верно с тобой сближается. Кто знает, может, ты не заместишь даже, как вскоре окажешься в заботливых объятиях Тора/
Дионис Тирсос:
Забравшись на кровать с интересной книгой, [Твоё имя] углубилась в чтение, как вдруг раздался стук в дверь.
– [Твоё имя]? Ты там? – весёлым голосом позвал Дионис. – Ты кое-что забыла.
В руке он держал конверт винно-красного цвета.
/можешь набраться мужества и пойти открывать дверь, а можешь притаиться и сделать вид, будто никого нет в комнате: тебя не может не пугать, что в памяти остались лишь смутные отрывки прошедших событий, в то время как сам Дионис помнит всё от и до. Твой внезапный внутренний порыв укрепил в парне надежду, что его старания не напрасны и однажды он непременно добьётся от тебя взаимности. Ну а то, что в его обществе ты пока чувствуешь себя немного неуютно – вопрос времени, считает Дионис/
Тот Кадуцей:
– Что? [Твоё имя] взломала хранилище Диониса? И распивала там спиртные напитки? В учебное время?– отчеканивая каждое слово, процедил сквозь зубы Тот.
Выражение его лица оставалось невозмутимым, однако по побелевшим костяшкам сжатых в кулаки пальцев легко можно было догадаться, что бог просто вне себя от ярости.
– Быстро приведите их ко мне. Обоих.
/будучи о тебе весьма невысокого мнения, бог мудрости никогда не давал тебе спуску – штудированию учебной литературы ты зачастую предпочитала занятия поинтереснее, да и особой дисциплинированност­ью не отличалась, нередко опаздывая на уроки, а то и вовсе пропуская их, – а уж после случившегося на поблажки и вовсе не рассчитывай: теперь Тот будет неустанно следить, чтобы больше в подобные авантюры не влезал никто из учеников. Вам же с Дионисом грозят серьёзные проблемы вплоть до отчисления – уж Тот об этом позаботится/
Анубис Маат:
Заслышав приближающиеся шаги, Анубис встрепенулся и слегка вздрогнул, когда из-за поворота показалась [Твоё имя]. В аметистовых глазах паренька на секунду промелькнул страх, и в следующее мгновение он уже поспешил скрыться из виду.
– Постой! – [Твоё имя] замахала руками, погнавшись за незнакомцем. – Кто ты такой? Как тебя зовут?
/иногда замечаешь его на территории академии, и тебе безумно любопытно, кто же этот загадочный парень, однако он – вот досада! – каждый раз ретируется, как только ты окажешься в поле его зрения. Анубис не чувствует, что от тебя исходит угроза, но всё равно почему-то опасается приближаться и налаживать контакт, предпочитая наблюдать за тобой со стороны/
"Столкнуть Локи в воду".
Быстро шагая по школьному коридору, [Твоё имя] заглядывала во все классы подряд: урок закончился совсем недавно, и Локи не мог уйти далеко.
Скандинавский бог сидел на подоконнике одной из аудиторий и, разместив тетрадь на коленке поудобнее, что-то увлечённо строчил, время от времени поглядывая в лежащий рядом конспект.
[Твоё имя] хитро прищурилась и подошла прямо к Локи:
– Опять списываешь?
– Тебе-то какое дело? – раздражённо отозвался парень, посмотрев на [Твоё имя] исподлобья.
Не теряя ни секунды, девушка ловко выхватила тетрадь из его рук и отбежала на безопасное расстояние:
– А списывать – плохо!
– А ну отдай! – вспылил трикстер, вскакивая на ноги.
– Поймаешь – отдам, – подмигнула [Твоё имя] и побежала прочь.
Она неслась прямо к школьному бассейну. И хотя воду из него уже сливали – в ближайшие дни планировалась чистка, – при желании в нём всё ещё можно было плавать.
Часто дыша и оглядываясь назад, [Твоё имя] бежала вдоль бортика. Как же выманить Локи к воде?..
– Попалась!..
От неожиданности девушка ойкнула, оступилась и…
Бултых!
Оказавшись в воде, [Твоё имя] судорожно забарахталась, стараясь остаться на плаву, однако одежда вмиг намокла и потяжелела, потянув ко дну.
– А тетрадь я заберу, – усмехнулся Локи, подбирая конспект с плитки.
– Вытащи меня! – взмолилась [Твоё имя].
– Вода уйдёт – сама вылезешь.
Локи бросил на девушку победоносный взгляд и замер. Носки её школьных туфель еле-еле доставали до дна, и она хватала ртом воздух, изо всех сил вытягивая шею. В голове сероглазого проскочила шальная мысль, что [Твоё имя] вот-вот утонет. Она же всё-таки обычный человек, думал парень. А человеческое тело слабее…
– Хватайся давай, – дабы не выдать своего смущения, протараторил бог.
[Твоё имя] взялась за протянутую руку и…
Плюх!
– Что ты наделала, дура! – взревел Локи. – Как мы теперь выберемся отсюда?
– Уйдёт вода – вылезем! – передразнила [Твоё имя] и с силой окунула рыжеволосого головой.
Вынырнув через пару секунд, Локи, отплёвываясь, ошалело воззрился на девушку.
– Ах ты!.. – Теперь уже её макушка ушла под воду.
Оба даже не заметили, как негодование вскоре сменилось непринуждённым смехом. Локи подплыл ближе к [Твоё имя] и вдруг заключил её в объятия.
– Пусти! – возмутилась та, делая слабую попытку вырваться из рук парня.
– У тебя губы посинели, – апеллировал тот. – И ты вся дрожишь.
– Всё из-за тебя, – хихикнула [Твоё имя], поддев трикстера локтём в бок.
– Но ты сама упала в воду!..
– Ты меня напуг… – договорить ей не дал Локи, впившийся в губы дерзким поцелуем.
– Если ты сейчас же не замолчишь, клянусь, я тебя утоплю, – слишком ласково произнёс он.
­­
Юи Кусанаги:
– Боже мой, [Твоё имя], ты же сырая насквозь! – Юи всплеснула руками, обнаружив девушку на пороге своей комнаты. – Простудишься!
Без лишних вопросов она затащила подругу внутрь и, усадив её на стул, подала сухое полотенце.
– Спасибо, – поблагодарила [Твоё имя], промакивая волосы.
На пороге внезапно нарисовался Локи.
– Так вот ты где прохлаждаешься! – он подскочил к [Твоё имя] и схватил её за запястье, рывком поднимая на ноги.
Юи, собиравшаяся отругать парня за бесцеремонность, так и ахнула, едва только взглянула на бога: мокрая одежда липла к телу, размокшая обувь чавкала.
– Вы оба как будто в одежде искупались!..
Взрыв дружного хохота сотряс комнату.
– Можно... и так сказать, – выдавила из себя [Твоё имя].
/часто ведёт себя по отношению к тебе как мамочка и иногда надоедает тебе своей опекой, Юи же в свою очередь периодически устаёт вытаскивать тебя из неприятностей, но это не мешает вам двоим хорошо общаться. Впрочем, когда девушка узнает, что пара богов положила на тебя глаз, и когда обнаружит, кто именно, то придёт в тихий ужас: относительно спокойной жизни в академии в таком случае окончательно придёт конец/
Аполлон Агана Белеа:
Ворвавшись в комнату, Аполлон сразу же отыскал глазами Юи и, схватив брюнетку за плечи, начал заваливать её вопросами:
– Фея, ты в порядке? Как ты себя чувствуешь? Кто тебя столкнул в бассейн? Кто посмел это сделать?..
На что Юи лишь натянуто улыбнулась и указала на [Твоё имя], отогревающуюся в тёплом пледе:
– Вообще-то, пострадавшая – она...
/как бы цинично это ни звучало, Аполлона заботит состояние лишь его обожаемой и ненаглядной Юи. Тебя же рассматривает только как приложение к его возлюбленной, парень не сразу-то и заметил, что ты тоже присутствуешь в комнате. Редко общаетесь с ним как в школе, так и вне её стен, в основном при посредничестве той же Юи. Признаться, тебя немного подбешивает одержимость Аполлона японкой, для него же не существует других девушек, кроме неё/
Аид Аидонеус:
Предварительно громко постучавшись, [Твоё имя] заглянула в кабинет.
– О, вы здесь! – обрадованно начала девушка, проходя внутрь. – Я принесла вам...
– Не подходи ко мне, – оборвал мужчина, предупреждающе выставив перед собой руку, – иначе тебя постигнет несчастье, и ты снова упадёшь в бассейн.
/не зная всей истории, связывает произошедшее с тем, что накануне ты имела неосторожность случайно задеть его, проходя мимо, и теперь тщательно следит, чтобы ты не приближалась к нему ближе пары метров. Разубедить Аида будет трудно, но всё-таки возможно/
Локи Лаватейн:
Улучив момент, в коридоре трикстер перехватил [Твоё имя] за локоть – за всё время им впервые посчастливилось остаться наедине – и, краснея и отводя взгляд, прошептал:
– Сегодня в полночь спустись в сад. Мне нужно будет кое-что тебе сказать.
/срочно доставай фотоаппарат: ещё никто не видел Локи таким застенчивым и смущённым! Парень и сам в шоке, что при виде тебя происходит у него внутри: он с самого начала не мог относиться к тебе равнодушно. Поначалу он терпеть тебя не мог, постоянно высмеивал и устраивал всякие подлянки, однако твоя реакция его каждый раз прямо-таки вводила в ступор: ты не раздражалась, не начинала ругаться, как это делало большинство, а лишь заливисто смеялась и хвалила трикстера за удавшуюся шутку. А уж когда Локи начал затевать розыгрыши, чтобы только лишний раз увидеть, как ты улыбаешься, он и вовсе перестал себя понимать. Парень долго не хотел признавать, что это именно любовь, но против правды не попрёшь. Пусть Локи до сих пор может тебя поддразнить, но он ни за что тебя не отпустит: слишком уж ты необычная, чтобы отдавать тебя кому-то. И напоследок учти: если отважишься принять приглашение и явишься в назначенном месте в назначенное время, обратного пути уже не будет/
Бальдр Хрингхорни:
– [Твоё имя], зачем вы с Локи полезли в воду, да ещё и в одежде? – недоумевал бог света, протягивая девушке махровое полотенце. – Мы всё равно искупаемся все вместе, когда потеплеет!
– Да ты же сам чуть не упал, когда доставал нас, – хихикнула [Твоё имя], кивая на промоченные .
– {censored}ичего не может навредить, но тебе не стоит впредь так рисковать, – посерьёзнел блондин.
/сказать, что проходивший мимо бассейна и обнаруживший вас с Локи в холодной {censored} (он, кстати, напару с Такеру вас оттуда и вытаскивал) обалдел, – это ничего не сказать. Знает тебя как пассию своего братца и потому относится к твоей персоне очень бережно и уважительно, чем иногда вызывает ревность Локи. Постоянно уверяет трикстера, что на большее, чем дружба, не претендует: с Бальдром вас связывают исключительно приятельские отношения/
Такеру Тоцука:
Побагровевший от гнева, Такеру с размаху ударил кулаком о стену:
– Вы что, другого способа согреться не придумали? – [Твоё имя], обескураженная напором парня, просто стояла и открывала и закрывала рот. – Надо было шевелить ластами в сторону лестницы, а не сгребать друг друга в охапку!
– Ты как с ней разговариваешь! – осклабился Локи, сжав кулаки.
– Ты! – Такеру ткнул пальцем в сторону рыжеволосого. – Даже не смей приближаться к ней после этого, идиот!..
/и без того взвинченный Такеру, обыскавшись тебя по всей территории, уже накрутил себе, что ты специально его избегаешь, а как обнаружил вас с Локи в бассейне в объятиях друг друга, так и вовсе пришёл в бешенство. Твои оправдания, что в ледяной воде было дико холодно, парень и слушать не желает. Такеру, пожалуй, самый явный и темпераментный претендент на твоё сердце, причём ещё с давнего времени; он не потерпит конкурентов и отдавать тебя какому-то внезапно нарисовавшемуся скандинавскому богу огня не собирается. Ждите бурю эмоций с его стороны/
Цукито Тоцука:
– ... не знаю, что щёлкнуло в моей голове, но я, вместо того чтобы вылезти самой, потянула за собой Локи, – [Твоё имя] уже не могла сдержаться, чтобы не зевнуть, в сотый раз рассказывая одну и ту же историю новым слушателям. – Откуда мне было знать, что всё закончится именно так...
Цукито внимательно следил за ходом повествования, параллельно выводя что-то в своей тетради убористым почерком.
– Выходит, чтобы показать свою симпатию к человеку, нужно столкнуть его в бассейн?
– Нет, Цукито, ты опять всё неправильно понял!..
/догадывается о чувствах брата к тебе, но помочь ему ничем не сможет: попытавшись разобраться во всех тонкостях и перипетиях ваших с Локи отношений и изведя на эти попытки целую кипу тетрадей, лишь запутается ещё больше и придёт к выводу, что человеческую натуру ему никогда не постичь. И расстроится: такими темпами из Академии он выпустится лет через сто/
Тор Мегингёрд:
– Вот, держи.
[Твоё имя] обернулась на голос: подле стоял Тор, протягивая ей кружку свежезаваренного чая.
– Спасибо. – Девушка, уже порядком уставшая от шума и разборок, вымученно улыбнулась.
– Выглядишь неважно, – по-доброму усмехнулся бог.
/единственный в этом балагане, кто догадался сделать тебе какой-нибудь горячий напиток, чтобы помочь согреться изнутри. Понимает, что разборки между Локи и Такеру на почве ревности – это надолго, а посему советует тебе запастись терпением и, на всякий случай, валерьянкой. Впрочем, ты всегда можешь рассчитывать на Тора, если понадобится урезонить его собрата-скандинава/­
Дионис Тирсос:
/в отличие от Такеру или того же Локи, Дионис весьма сведущ в делах любовных и считает соперничество парней детским и смешным, думая, что вам всем не мешало бы для начала как следует разобраться в себе. При этом тебе, оказавшейся меж двух огней, мужчина сочувствует и даже подумывает дать парочку любовных советов на случай, если ты решишь ответить взаимностью кому-нибудь из ухажёров/
Тот Кадуцей:
– Вы, оба, – процедил сквозь зубы Тот, злобно сверкнув глазами в сторону Локи и [Твоё имя], за которыми по всему коридору тянулись мокрые следы, – тряпки в зубы – и живо убирать эту грязь.
/пока что великий и ужасный учитель Тот не в курсе, что вы с Локи учудили, однако если до него дойдёт слух о ваших проделках в школьном бассейне, то вам несдобровать. В принципе, если успеете замести следы до того, как это случится, можете отделаться и обычным выговором/
Анубис Маат:
– Каа-бара! Кабара! – Анубис крутился вокруг девушки, суетливо размахивая руками. – Ка-бара, каа-бараа!
Перевод: Как ты продержалась столько в холодной воде! Я так не люблю воду!..
/пусть ты ни черта не поняла из того, что пролепетал Анубис, но по его обеспокоенной мордашке можно догадаться, что он за тебя волновался. Анубису нравится твоя чистая и благородная душа, поэтому бог не прекращает попыток с тобой сблизиться, однако его всё равно огорчает тот факт, что речь его ты не понимаешь, хоть убей/
"Натереть мылом доску в классе Тота".
Пусть [Твоё имя] не отличалась примерным поведением, но и сорвиголовой назвать её было нельзя – уж раз-то в году можно позволить себе невинную шалость?
И всё же по пути в класс она несколько раз поправила юбку, затянула и ослабила галстук – девушке казалось, что даже малейшая деталь может выдать её с головой. Неужели именно так чувствуют себя преступники?..
Когда учитель Тот зашёл в класс, [Твоё имя] и вовсе готова была провалиться сквозь землю. Прежде чем разрешить занять места, бог медленно обвёл глазами класс. [Твоё имя] показалось, что именно сегодня он смотрит особенно сурово, и поспешила стыдливо потупить взгляд.
– Начнём урок. – Мужчина взял мел. – Записываю тему на доске.
[Твоё имя] затаила дыхание, когда Тот с нажимом провёл по гладкой поверхности. Ничего. Фыркнув, он взял другой кусок и снова попробовал что-то написать. Нахмурившись, синеглазый потянулся за тряпкой. Тряпки на месте не оказалось. В классе раздались сдавленные смешки.
– Кто это сделал? – повернувшись к классу, ледяным тоном спросил Тот.
Аудитория ответила молчанием. Боясь издать какой-нибудь звук, [Твоё имя] закусила губу и склонилась над тетрадью, остальные ученики лишь недоумевающе переглядывались между собой.
– Собирайте вещи.
– Занятие отменяется? – с надеждой в голосе спросил кто-то.
– Переходим в другой класс, – под вздох разочарования ответил Тот.
Лишь только выйдя из класса, [Твоё имя] почувствовала долгожданное облегчение. В конце концов, учитель Тот так и не стал искать виноватых, никого не наказал, да и побранился скорее для виду – у неё словно гора с плеч свалилась. Возможно, не стоит всё время быть такой правильной и иногда позволять себе маленькие проделки?..
– Ну и зачем ты это сделала? – Размышления [Твоё имя] прервал строгий голос, донёсшийся из глубины коридора.
Сглотнув, девушка испуганно вскинула голову: в нескольких шагах от неё стоял учитель Тот.
Мужчина стал медленно приближаться к [Твоё имя], и та инстинктивно попятилась.
– Не понимаю, о чём вы, – попыталась отмазаться она.
– Думаешь, я не заметил, как ты прятала от меня взгляд? – усмехнулся синеглазый.
Внутри [Твоё имя] всё вмиг похолодело.
– Шучу, – сухо продолжил Тот. – На руку мне сыграла твоя рассеянность.
Бог мудрости запустил руку в карман брюк и вытянул из него вскрытый тёмно-зелёный конверт:
– Полагаю, это твоё?
– Учитель Тот, это не то, что вы подумали! Я могу всё объяснить! – Бормоча пространные извинения, девушка отходила назад, пока спиной не натолкнулась на стену. Мужчина подошёл к [Твоё имя] вплотную, нависая над ней.
– Всё ждал, когда ты сознаешься. – Тот приблизил к ней свое лицо, сократив расстояние до нескольких сантиметров. Девушка, словно в оцепенении, смотрела ему прямо в глаза. – А ты смелая, раз не боишься моего гнева.
[Твоё имя] уже была готова запаниковать, как бог вдруг накрыл её губы своими, постепенно углубляя поцелуй.
– Но не думай, что ещё одна такая выходка сойдет тебе с рук.
­­
Юи Кусанаги:
– Подумаешь, натёрла доску мылом и сорвала урок, – фыркнула Юи, сложив руки на груди. – Развлечение для младшеклассников.
/вы никогда не были особо близки, да и вообще Юи предпочитает с тобой лишний раз не пересекаться и не общаться: девушка рассматривает в твоём лице серьезную конкурентку в борьбе за общие симпатии, главным образом из-за того, что теперь все внимание достаётся не ей, а тебе. Поэтому-то Юи всякий раз так болезненно реагирует, когда кто-то начинает восхищается тобой, особенно публично/
Аполлон Агана Белеа:
– Ну почему каждый раз, когда я тебя встречаю, ты выглядишь такой букой? – мурлыкнул Аполлон, останавливая идущую навстречу [Твоё имя].
Та без лишних слов протянула блондину тетрадь. В углу страницы красовался жирный "неуд".
– Но так нельзя! – Бог легонько встряхнул девушку за плечи. – Это же просто-напросто оценка! Нужно уметь даже тяготы жизни переносить с улыбкой!
[Твоё имя] пересилила себя и скромно улыбнулась.
– Вот так-то лучше, – рассмеялся в ответ Аполлон.
/считает, что такой очаровательной девушке, как ты, нельзя быть настолько стеснительной, и пытается тебя раскрепостить, вызывая бурю ревности со стороны Тота и парочки других твоих поклонников. Лучше сдерживай порывы Аполлона на виду у всех тебя приобнять или по-дружески чмокнуть в щёчку, иначе на незадачливого бога солнца посыплются не только двойки, но и тумаки/
Аид Аидонеус:
/видитесь вы с ним крайне мало, в основном из-за твоей занятости учёбой (Тот позаботился, чтобы у тебя не осталось времени заглядываться на других парней), либо из-за того, что Аид где-то пропадает, занятый астрономическими наблюдениями. А вот с готовкой твоей мужчина знаком хорошо: тебе нравится иногда пробовать новые рецепты и давать богам на пробу блюда, которые Аид оценивает даже выше стряпни Юи. Вслух он, естественно, ничего не говорит, но это заметно по его реакции, что непременно выводит Юи из себя/
Локи Лаватейн:
– Больше ты с нами не ходишь! – Над ухом прозвучал рассерженный голос, выдернув девушку из мыслей.
Она остановилась и задумчиво уставилась на Локи: парень крепко сжимал её за локоть.
– Мы с Бальдром, вообще-то, ещё давно договаривались погулять вместе после уроков! А потом присоединилась ты и всё испортила! – Глаза бога гневно блестели. – Баль-Баль только мой!..
– Как скажешь, – равнодушно пожала плечами [Твоё имя], вырывая руку из захвата.
Едва девушка скрылась за ближайшим углом, как Локи пренебрежительно фыркнул:
– И чего только он в ней нашёл?..
/а этот открыто ревнует Бальдра к твоей персоне, однако плевать тот хотел на увещевания трикстера и его попытки вас разлучить, вот Локи и ненавидит тебя всеми фибрами души. Иногда может позволить себе устроить над тобой парочку розыгрышей, но каждый раз потом оправдывается перед Бальдром, что не желал тебе зла (что на самом деле, конечно же, не так). Твоё время от времени появляющееся желание по-дружески развеяться всем вместе Локи рассматривает как посягательство на его друзей и личное пространство, тебе же претензии бога кажутся по-детски глупыми. Словом, взаимопонимания между вами нет, да никто из вас к его достижению и не стремится/
Бальдр Хрингхорни:
– [Твоё имя]! – Заметив девушку этажом выше, блондин просиял и быстро взлетел вверх по лестнице. – Я должен вернуть теб...
Споткнувшись о последнюю ступеньку, Бальдр загремел вниз, подмяв под себя [Твоё имя].
– Прости, я такой неуклюжий, – неловко улыбнувшись, зарделся бог. – Не ушиблась?
Помотав головой, [Твоё имя] покраснела до кончиков ушей: вот уже второй раз за день она оказывается в таком тесном контакте с мужчиной.
– А у тебя красивый румянец, – подметил Бальдр.
/пока не в теме, что произошло в школьном коридоре между вами с Тотом, но, если узнает, сначала очень расстроится, а потом разозлится: богу света ты по-настоящему нравишься, и ему больно даже думать, что твое сердце уже, может быть, принадлежит другому. Даже слушать не желает всяких назойливых личностей – вроде Локи – и поставил себе цель непременно добиться твоей взаимности/
Такеру Тоцука:
– Вижу, ваши занятия {censored} становятся всё продуктивнее, – усмехнулся Такеру. – Сегодня брат пришёл позднее обычного.
[Твоё имя] невольно вздрогнула, вспомнив часы, проведённые за объяснением очевидных вещей.
– Нужно было разобрать много вопросов...
– Может, тогда просто сядешь рядом с ним? – отводя взгляд, предложил бог. – Сможешь помогать ему по ходу урока.
– Нет-нет-нет, – девушка поспешно отмахнулась и соврала: – С того места я ничего не увижу.
/Такеру знает своего братца слишком хорошо, чтобы не догадаться, что тот к тебе определённо что-то чувствует. Он не знает, догадываешься ли ты о симпатии Цукито к тебе, поэтому пытается действовать намёками, что получается не всегда: ты лишь открещиваешься и поспешно переводишь тему/
Цукито Тоцука:
Сидя за столом своей комнаты в общежитии, [Твоё имя] уже сто раз про себя вопросила, почему из всех учеников Цукито выбрал для консультации именно её. С виду парень выглядел безэмоциональным, однако глаза его заинтересованно блестели.
– Слушай, давай я просто дам тебе свой конспект, и ты перепишешь оттуда, что нужно? – внезапно предложила [Твоё имя], прервавшись на середине объяснения.
– Я правда могу взять вещь, которая принадлежит тебе? – удивился бог.
– Ну... да... – опешила девушка, вынимая нужную тетрадь из общей стопки.
– Спасибо, – кивком головы поблагодарил Цукито и продолжил: – И ещё: я не понял кое-что из прошлой лекции по биологии, не могла бы ты разъяснить мне несколько терминов? – Цукито держал ручку наготове.
– Прости, – [Твоё имя] уже не знала, как поскорее избавиться от собеседника, – биология – не моя стезя, обратись к кому-нибудь другому.
– Тогда можно последний вопрос?
Девушка тяжело вздохнула.
/Цукито – настолько частый гость в твоей комнате (да и вообще в жизни), что скоро ты начнёшь спасаться бегством, лишь бы не попадаться ему на глаза. Не спеши обвинять бедолагу в назойливости: Цукито испытывает к тебе сильную симпатию и просто не знает других способов, как проводить с тобой побольше времени. Не сомневайся: когда он путём анализа поймёт, что испытывает к тебе чувства, то непременно заведёт несколько дополнительных ежедневников, чтобы природу этих самых чувств и выяснить, поминутно прибегая к тебе за сведениями для справки/
Тор Мегингёрд:
– Не слушай Локи, он всегда так ревностно относится к своим близким, – флегматично отмахнулся Тор. – Не стоит обижаться на его заявления.
– Я и не обижаюсь, – совершенно искренне ответила [Твоё имя].
– Кстати, на следующей неделе мы с Локи {censored} планируем выбраться на пикник в лес. – Тор понизил голос. – Бальдру нравится твоё общество, думаю, он очень обрадуется, если ты присоединишься к нам.
/если бы Локи узнал, кто всё это время приглашал тебя на совместные прогулки, придушил бы Тора собственными руками, однако бог-громовержец уверен, что делает благое дело: видя, как по тебе сохнет его друг детства, Тор просто не может оставаться равнодушным/
Дионис Тирсос:
/так как персона ты достаточно скромная, Дионису очень нравится выдавать в твоём присутствии двусмысленные фразы и наблюдать за твоей реакцией. Правда, богу виноделия потом всё равно потом достаётся от Тота на уроках, но толку от этого никакого – интереса к учёбе и своей успеваемости у Диониса нет и в помине/
Тот Кадуцей:
– После занятий жду тебя в библиотеке. И проследи, чтобы никто за тобой не увязался, – шепнул Тот, с удовольствием подмечая, как щёки девушки покрываются румянцем.
/можешь смело записывать себя в разряд богов, ну, суперлюдей как минимум, ибо понравиться Тоту настолько, чтобы он простил человеку мелкое хулиганство – событие из ряда вон выходящее. Публично мужчина никогда не показывает свои чувства, однако иногда будто бы случайно дотрагивается до тебя, или же посреди урока ты можешь прочувствовать на себе его на удивление мягкий взгляд. К сожалению, в академии немного мест, где можно побыть самими собой, и тихая библиотека, куда почти никто не заглядывает – одно из них. И хотя ты успокаиваешь себя тем, что прошедшую работу ты написала неважно, так что Тот, возможно, просто детально хочет разобрать твои ошибки, взгляд бога был многообещающим.../
Анубис Маат:
Столкнувшись в дверях с невысоким брюнетом, [Твоё имя] застыла на месте, незнакомец также замер. Девушка чуть склонила голову набок, изучая смуглокожего взглядом – вроде бы она нигде его не встречала до сего момента? Странно...
– Ка-а... бара? – на непонятном языке внезапно пролепетал парень.
/много наблюдал за тобой со стороны, однако лицом к лицу вы сталкиваетесь впервые, и парню, несмотря на его зажатость и недоверчивость, очень интересно узнать поближе девушку, которая в такой степени заинтересовала высокомерного и требовательного Тота. Пожалуй, Анубис – один из немногих, кто с самого начала смог раскусить бога мудрости и догадаться о его чувствах к тебе. За разглашение тайны можно не опасаться: будучи пугливым и стеснительным, Анубис не стремится к общению с другими учениками, да и речь его никто просто-напросто не поймёт/
Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1120-537.html
Источник: http://miseres.beon­.ru/1-176-igra-stoit­-svech-zabavy-bogov.­zhtml
Позавчера — воскресенье, 19 августа 2018 г.
200818 Bиктoрия 22:15:56

nichts ist unendli­ch

Продолжать буду не скоро, очень-очень не скоро. Может быть никогда.

Виктория. Тайна синих глаз.
Часть 1.


­­Пятница, 26 ноября, 1993 год.
­­Нью-Йорк, а именно Манхэттен, полностью осматриваемый только с высоты птичьего полета, в это осеннее время года был прекрасен, как никогда. Действительно впечатляющим для любого прохожего был фасад самого узнаваемого в мире отеля The Plaza на пересечении Пятой авеню и 59-й улицы Мидтауна. После встречи с моим старым другом и просто улыбчивым швейцаром Томом, который с радостью поприветствует вас и поможет донести багаж, вы не встретите ни одного «вырви глаз» цвета (кроме тяжелых кроваво красных персидских ковров, покрывающих вечно холодный мрамор), так как в оформлении буквально всех предметов декора использованы исключительно спокойные, пастельные оттенки. Интерьер этого архитектурного сооружения явно не уступает своей внешней оболочке и выполнен в изысканном стиле шато: хрусталь, мрамор, дорогие породы дерева и золото присутствуют в каждой до блеска натертой поверхности, а утонченные бархат, велюр и другие благородные ткани переплетаются друг с другом в дизайне всех помещений, включая сами номера. Ежедневно эта роскошь встречает и провожает сотни людей, которые не прочь оставить несколько тысяч долларов, в попытках побаловать свое самолюбие. Кто-то потом и кровью карабкался к такой жизни и теперь им по статусу (да и личным предпочтениям) не положено селиться НЕ в этот отель, а кто-то частенько захаживает сюда, чтобы впечатлить молоденьких дамочек, которые вечно держат под ручку своих «папиков-старичков»­ и что-то слащаво щебечут им на ушко. Знали бы вы, как такие девицы в мехах ведут себя с такими, как мы, как они напыщенно каждый раз повторяют: «Мне обязаны все, а я ни-ко-му и ни-че-го не должна!» — никогда бы больше не сели с ними за один столик в ресторане или не приостановились бы с бокалом шампанского, чтобы просто обсудить погоду (порой, часто бывает, что подобные разговоры это все, на что они способны). Неимоверно раздражает такое поведение, но ничего с этим не поделать и нужно исполнять все прихоти. В рамках разумного, конечно. Таковы правила и нарушить их — себе дороже.
­­Уже не первый год на 20-ом этаже в The Grand Penthouse Suite проживает некая молодая вдова — хранительница одной из самых загадочных отельных историй, для которой все эти дорогостоящие апартаменты и рестораны за 8 лет замужества стали ежедневной обыденностью. А теперь и двухлетней каторгой. Новенькая горничная как-то раз поделилась со мной, что совершенно случайно открыла "не ту" дверь, попала в гардеробную с верхней одеждой и буквально утратила дар речи, почувствовав свою материальную несостоятельность. Дизайнерских пальто, плащей и накидок в классическом стиле, полушубков из песца, норки, горностая и лисы, как и невероятно мягких на ощупь шуб из ценного соболя от самого Карла Лагерфельда (кстати, ее хорошего знакомого, который по доброй душе пошил ей пару-тройку нарядов и лично подарил несколько шубок) — всего этого там было вполне предостаточно, чтобы приодеть весь женский актерский состав какого-то фильма о богеме годов эдак 40-60-х. Ну а мы с вами сразу пройдем мимо вечно пустующей комнаты для гостей и кабинета, а после попадем в уютную гостиную, где нет ничего лишнего и каждый предмет стоит всегда на своем месте. Даже если что-то не по стандарту номера, то никто это не имеет право убрать или переставить – все, повторюсь, на своем месте. Стены в ней напоминают предрассветную мглу, опустившуюся на Golden Gate, будто они и есть часть того тумана, укутывающего красный мост в свое прохладное одеяло. Роль яркого пятна посреди небесной гармонии выполняет букет алых роз, который по данному еще при заезде указанию горничные меняют каждые два-три дня. Позолота на картинных рамах и мебели по вечерам отлично играет в свете огня потрескивающей в мраморном камине древесины, еще больше выделяясь своим блеском на фоне лазурно-голубой велюровой обивки и туманных стен. Рядом с диваном стоит круглый журнальный столик на металлических ножках, а на нем вальяжно отдыхают после типографии The New York Times, New York Post и The Wall Street Journal, которые наша гостья любит читать за чашечкой утреннего кофе с молоком. Если пройти по лестнице наверх, то можно очутиться в просторной спальной комнате, где кровать размера King занимает особо почетное место и главное украшение этой обители сновидений и тайн влюбленных парочек, живущих здесь "до" — это шикарное изголовье с причудливой резьбой.
­­Хотя, честно говоря, все это не так важно в данный момент. Хотелось бы отстраниться от всех этих рекламных описаний и наконец рассказать о той даме, которая все равно продолжает снимать это благополучие с того самого момента, как умер ее муж. Кто-то без угрызения совести может позавидовать этой женщине на террасе, находящейся в компании батлера и прислуги, обновившей второй стакан хорошего чистого бурбона, пока она в это время смотрела на юго-восточные красоты Центрального парка, обрамленного манхэттенскими небоскребами. Для ее глубоких голубых глаз (как перед Богом) открываются во всей красе позолоченные верхушки редких деревьев, средь которых расположился небольшой пруд; изредка за этими густыми кронами вязов и кленов можно было увидеть влюбленные парочки и семьи с маленькими детьми, ведь они во время заката не обременены заботами о заработке, а просто наслаждаются жизнью и обществом друг друга; и чего только стоят сотни огоньков из окон каменных зданий-великанов, которые успели построить буквально за последние 100 лет – не это ли есть настоящая красота по-американски? Пожалуй, посоревноваться в зрелищности с местными видами может только теряющее свою яркость и плавно уходящее за горизонт солнце, и хозяйка номера, что томным вздохом разбудила тишину не только своих мыслей, замерших на мгновение, но и усталое каменное сердце. Будто трещина во время землетрясения разрезающая на части асфальт, воспоминания нещадно оставили на полном крови моторе свою отметку и его громкий стук ударил прямо по барабанным перепонкам. А мысли о прошлом-то никуда от нее и не уходили, по сути, просто были поставлены на паузу. Жаль только то, что за эти два года одиночества она так и не научилась по-настоящему отпускать сложившуюся ситуацию и, будучи наедине с собой, часто опускала руки, беззвучно рыдая в подушку – только лишь на людях была довольно замкнутой, холодной особой. Честно говоря, я бы никогда не сказал, что эта добрая душа могла успеть пережить сложные времена — когда буквально все идет под откос. Смею предположить, что именно поэтому она не стала возвращать себе свою девичью фамилию, а оставила ту, что подходит ей сейчас так, как никогда раньше — Эдельштайн. В переводе с ее родного немецкого языка это значит «драгоценный камень» – есть что-то в этом судьбоносного, не так ли?
­­- Мэм, с вами все хорошо? - обеспокоенно спросило единственное доверенное лицо во всем Нью-Йорке, единственное по-настоящему бесполое для нее существо, именуемое себя мужским именем, которое заменяло госпоже всех ее близких подруг и друзей, которые могли бы у нее быть.
­­- Ja, Klaus, danke. Alles ist ganz gut. Fur heute sind Sie frei. Aber, bitte vergiss meine Tickets nicht.. - Эти слова очень насторожили мужчину, ведь за два года он слышал от нее исключительно английскую речь, тогда как по-немецки она говорила непосредственно в одиночестве. С собой. Порой, когда женщина его не замечала, то вела разговор вслух со своими мыслями, например, стоя перед зеркалом и рассматривая до мельчайших деталей явно стареющую и угасшую на фоне многочисленных стрессов внешность. Она всегда любила подчеркивать разными оттенками красного свои и без того темные пухлые губы, чем-то напоминающие небольшой бантик, выделяющийся на бледном полотне ее кожи, местами отмеченной небольшими родинками. Накрасить губы – это был обязательный ритуал перед любым выходом в свет. Нельзя сказать, что делала это для кого-то, чтобы обратить на себя внимание. Больше всего на свете она не любила появляться среди толпы, где большинство завистливых взглядов прикованы к ее идеальной осанке, всегда уложенным волосам, умудренному опытом взгляду и красным губам – это все приносило жуткий дискомфорт. Пусть с самого детства ей приходилось ощутить на себе все тяготы правильной и хорошей девочки из еще более правильной немецкой семьи, но девушке всегда казалось, что находиться дома в компании домашнего животного или любимого человека, намного комфортнее, чем средь вечно оценивающих взглядов. Все, что делала она с собой и своей внешностью – исключительно для себя, для личного комфорта, создавая маленькие барьеры между миром и частичками своего тела и души. Бесспорно, все же главным барьером был ее взгляд. Последние два года к ней не то чтобы не хотели подходить знакомиться или что-то спросить как мужчины, так и случайные прохожие (ведь много кто изъявлял желание), а просто боялись этого убийственного взгляда, от которого становилось, мягко говоря, не по себе. Не приведи Господь, сказать что-либо "не то" или улыбнуться не в нужный момент – женщина моментально вопросительно поднимала свою левую бровь и отводила взгляд, больше не желая вглядываться в глаза (эдакие цветные пятна с червоточинами внутри) своего собеседника. Да, с самого детства ей прививали хорошие манеры и учили контролировать эмоции, но в моменты глупости ее "товарища" все ее эмоции читались, будто книга.
­­Поэтому этот переход был звоночком для него, а то и целым колоколом, что сегодняшняя годовщина на нее влияет далеко не самым лучшим образом, как и этот ежемесячный ритуал, которого они придерживались с ее второй половинкой еще со времен его жизни. Вот только жива ли по-настоящему стоящая дама у перил — сложный вопрос. Старый Клаус не раз ловил себя на мысли, что эта женщина, пожалуй, единственная из всех его знакомых, которая настолько сильно хранит в сердце эти нежные чувства, что и ему самому совесть иногда стучит в душу, потому что о своей благоверной он уже давно успел позабыть. А о Нем гостья ни разу не проронила лишнего слова, предпочитая держать подальше свои заботы от того, кому она доверяла, как самому себе. Среди персонала отеля поначалу только и было сплетен об их паре (хотя и без «плазовских» болтливых ртов бесконечно долго эту информацию мусолила пресса на своих страницах), мол, кому же было выгодно столь влиятельного человека, одного из, не побоюсь этого слова, умнейших инвесторов, вкладывающий свои деньги во всегда успешные проекты, убить прямо на террасе такого роскошного номера, который они после всех событий среди своих называли как «Каменный». Старик пытался в это не лезть, но как не сказать что-то в защиту госпожи Эдельштайн, в то время когда «знающие все и всех» горничные буквально с горящими от скорости речи языками выдвигают свои самые разные теории. И именно в этот открывающий душу момент мажордом был уверен, что все ее мысли сейчас погружены в воспоминания о совместно проведенных вечерах с единственным Мужчиной-которого-б­ольше-нет. Он прекрасно знал и помнил обо всех ее планах и выходах в свет на ближайшие две недели, поэтому позволил себе перебить, по-доброму улыбаясь:
­­- Да-да, конечно. Я все помню. Будут лежать на столике. Желаю Вам хорошо провести вечер, а завтра с утра я подам один из самых лучших завтраков, который Вы когда-либо попробуете в своей жизни. Это будет что-то новенькое.

Категории: Что вообще происходит?
23:49:04 Алебастр
Не, все-таки вот претензия на художественность - это не твое.
00:05:02 Bиктoрия
Пытаться стоит всегда, хоть и не художественно.
00:10:32 Bиктoрия
Не трогала это полгода и не планирую больше трогать. Просто опубликовала на память. Прошла любовь к этой истории, завяли помидоры. Такие дела.
... коллективное бессознательное 17:55:37
в 15 лет думаешь что люди после 20 уже во всем прошарены
@
доживаешь до 21
@
пытаешься найти хоть одну вещь в которой ты прошарен чтобы не до конца разочаровать прошлого себяя
@
не находишь

Категории: Слова
17:56:19 epistemology
Ха.
17:58:18 фингoлфин
Да
Двадцять два Gyst 16:55:44
Ты не уснёшь этой ночью,
я приду к тебе приступом астмы,
болезненным напоминанием:
когда влюбленные обещают
друг другу исполнить больше чем могут,
они не исполняют даже реального.
сегодня со мной отчаяние самоубийцы,
когда он жалеет, что погибает от своих рук.
ты приказал не лезть в твою жизнь
и честно я очень старался стать старше
и меньше смеяться над тем,
как все в мире глупо
Подробнее…я попытался бежать от тебя,
свести синяки и шрамы
жить, пусть не долго и счастливо,
но честно признаюсь, что ничего не выходит,
не клеится и не получается.
пусть у таких как я, предателей,
хороших концов не бывает,
я покажу как мне страшно
месяцами я кашлял кровью
выламывал руки до крика,
твердил что я проклят,
неспособен был вымолвить
ни единого слова
я давился своим одиночеством
будто мне это нравилось
не знаю, что там с тобой
но надеюсь, ты будешь счастлив
увидеть меня, и пусть
вся моя боль для тебя просто груда
цветных стекляшек,
я приду к тебе этой ночью приступом астмы
больше не твой бедный мальчик...


Категории: БМ.
суббота, 18 августа 2018 г.
m-holy аид . 13:29:20
Читать днев человека, чтобы позалипать на его ав.
Woriсk, я ведь говорил
показать предыдущие комментарии (10)
13:48:04 ривай.
Липовый немец.
13:51:20 аид .
Липовый француз. Приятно познакомиться.
13:52:14 ривай.
Взаимно, хех.
13:54:25 аид .
Красиво.
Дети Кантареллы - Корина. Rony Key 11:21:09
- Корина, а ну подь сюда! - громкий голос отца привычно разносится по маленькому дворику. Девочка лет двенадцати, сидящая за забором вокруг дома,привычно втягивает голову в плечи, не стремясь отозваться. Не с таким отцом нужно отзываться на каждый окрик. Не с отцом, ставящим эксперименты над собственной дочерью.

Это длилось уже столько, что Корина и не помнит. Иногда ей казалось, что так было всегда. Почему отец ставил эксперименты именно над ней? Кто бы знал... Может, винит за смерть матери. А может... давно уже сошел с ума.

Это пугает больше, чем если бы он творил все эти зверства в твердом уме. Так еще оставался маленький шанс на прекращение этого кошмара. Но тот не прекращал. Вечные уколы, вечная синяки и раны, никогда не сходящие с кожи. Да и когда бы им успеть? Не успеет зажить что-то одно, как сверху делают что-то следующее. Не прекращающийся кошмар, выполняемый отцом.

- Корина, ты где, девчонка?! - снова зло шипит отец. Судя по звукам расхаживает по двору. Девочка прячется, потому что не хочет участвовать в новом эксперименте. Недавно на приеме у какого-то короля, он увидел Ядовитую принцессу.

Прекрасную красавицу, с белоснежной смертоносной кожей. Великолепные каштановые волосы шелковистым каскадом спускались ниже талии, сверкая на солнце яркими золотистыми бликами. Глубокие яркие голубые глаза величественно взирали на мир, заставляя всех преклоняться.

И ее отец был покарен с первого взгляда. Корина до сих пор помнит, как он недавно с лихорадочным блеском в глазах рассказывал ей об этой встрече. Помнит, как он на секунду остановился и пристально уставился на нее, будто бы пришел к страшному непоправимому решению. И девочка сбежала.

Конечно, уйти далеко от дома она не могла. Да и куда уходить? Они жили в небольшом домике посреди леса. Не бог весть какое удобное расположение, но для экспериментов самое то. Да и стоило ли жить в деревне, если эксперименты-то идут над дочерью? Вряд ли бы они это одобрили, если бы вообще не приняли его за колдуна.

А с колдунами у них разговор короткий: удар по голове и все. Если выжил, повезло. Правда, можно ли назвать везением то, что тебя свяжут по рукам и ногам и кинут в реку? Едва ли. А могут ведь и вовсе привязать к дереву и оставить на съедение волкам.

- Корина! Иди сюда!!! - снова кричит отец, уже который разобходя двор. Интересно, когда он поймет, что ее нет во дворе? Догадается ли выйти за забор? Должен ведь понимать, что дальше трех метров ,блудная дочь уйти не сможет. Нет никакого желания попасть в лапы к местным хищникам. Вернее, в зубы. - Корина!!! Вот ты где, дрянная девчонка!

Больно хватает за руку и тащит за собой, не замечая, как оставляет на тонком запястье красные отпечатки пальцев, которые позже должны перелиться в синяки. Корина тихо всхлипывает, стараясь сделать это как можно беззвучнее. Отец ненавидит слезы и всегда жестоко наказывает за них.

Затаскивает в лабораторию и пристегивает ко столу, не оставляя ни малейшего шанса на спасения.

- Ты станешь такой же удивительной... - глаза единственного родного человека, а сейчас еще и худшего палача для девочки фанатично и лихорадочно сверкают. Можно опять подумать, что он сошел с ума. Но... нет, все свои действия отец совершает осознанно. - Ты превратишься в лучший мой эксперимент... Я примерно понял, что нужно сделать, чтобы добиться такого эффекта. Конечно, такой же красивой ты стать не сожешь, но.... Гордись! Ты послужишь во славу науки!

Корина со все возрастающим ужасом смотрела на спокойные приготовления отца, который, кажется, всерьез решил добиться своего. Ему даже в голову не приходило, что он совершает непоправимое. Это было... ужасно.

После первого же укола пришла боль. Девочку лихорадило, рвало, она извивалась, пытаясь избавиться от связывающих ее веревок. Бесполезно. Отец следил за ее состоянием, изредка поя водой или обтирая влажной тряпкой. Первая же маленькая порция яда доставляла такие страдания, что девочка хотело умереть. Но... каким-то чудом выжила.

Убедившись в небольшом благополучие дочери, отец принес ей еду, в которой была растворена небольшая порция еда. И все по новой. Дни сплетались для Корину в одну череду страданий, которые хотелось прервать любыми способами. К сожалению, отец никогда не оставлял ее в одиночестве. А если о оставлял, то связывал по рукам и ногам, не оставляя ни малейше попытки вырваться.

Между приемами яда с каждым днем проходило все меньше и меньше времени. Если ее и кормили, то опять-таки едой с ядом. Корина боялась. Она не понимала, почему отец делает ей больно, чего он хочет этим добиться? Доказать, что он лучший ученый королевства? Но сможет ли он это доказать, особенно если узнают о ней? Узнают, что он принес в жертву собственную дочь?

Постепенно яд становился для девочки все более и более незаметен, пока не пропал совсем. Она уже не морщилась, поедая горькую еду, которая приносила страдания и резь. Привыкла... Уже не обращалась внимания на уколы, которые вживляли в ее кровь все больше и больше яда.

Но сколько бы времени не проходило, отец не был доволен. Он постоянно что-то бормотал себе под нос, пытаясь изобрести все новые и новые способы для достижения нужного результата. Корина покорно воспринимала все то, до чего додумывалась больная фантазия отца.

В боли и ужасных пытках прошли тригода... У отца наконец получилось сделать нечто похожее на Ядовитую принцессу. Красавицей Корину назвать была сложно, но как и хотел отец она смогла стать ядовитой. Любое ее прикосновение убивало все живое. А отец будто бы не замечал этого, стараясь при каждой удобной возможности дотронуться до дочери. Но та неизменно шарахалась прочь, не позволяя ни себе, ни ему ни единого прикосновения.

Теперь Корина могла спокойно ходить по лесу, не опасаясь нападения дикого зверя. Тесловно бы чувствовали яд и не спешили подбегать. Однажды, девушка случайно нашла огромный водопад, воды которогоразбивались­с огромной высоты о камни, хрустально позванивая. Она целыми днями просиживала на камне рядом с ним, с грустью наблюдая увядающую траву у ног. Да, отец добился того, чего хотел. А еще он сломал ей жизнь.

Однажды отец приказал дочери красиво одеться и предупредил, что к ним приедуд гости. Корина испуганно распахнула глаза, недоумевая. А потом и вовсе охнула, услышав о превосходной задумке отца. Превосходной, конечно, ее считал сам гений, а вот дочь лишь ужасалась происходящему.

Дело в том, что тот решил взять несколько сироток и вырастить из них подобие Ядовитых принцесс, а еще подоьбие ее. Сегодня должны были прибыть высокие гости, которые собирались спонсировать проект. Зачем им ядовитые девушки? Ну мало ли способов убрать ненужных конкурентов? А этот и вовсе... самый гуманный.

Высокопоставленные гости приехали вечером. К сожалению, не одни. Два стражника толкали перед собой закованного в цепи преступника. Совсем молодой парень. Лет восемнадцать наверное. Корина тихо охнула, когда тот на нее посмотрел и весело подмигнул, сверкнув зелеными кошачьими глазами. Вот только девушке было отнюдь не весело.

- Этот преступник наказан за покушение на убийство одного из... Впрочем, вам не следует этого знать. - краем рта улыбнулся один из гостей. Он все время сальным взглядом окидывал стоящую в углу Корину, но подойти не пытался. И слава богу! В какой-то степени девушка даже начала испытывать к отцу нечто похожее на благодарность за яд. По крайней мере, изнасиловать ее никто не сможет. - А у вас как раз поживает такой превосходный экземпляр... Так что мы привезли его для эксперимента.

- Корина, тебе нужно его всего лишь поцеловать. - она видела, как отец лихорадочно сверкает глазами, радуясь возможности доказать свои научные изыскания. Вот только ничего кроме тошноты это не вызывает. Девушка не двигается с места. Лишь внимательно смотрит на гостей, грустно улыбается и качает головой:

- Нет.

- Корина!!! Тебе нужно это сделать!!! -рявкнул отец, подскакивая на месте и размахивая руками.Девушка сделала пару шагов назад, не собираясь выполнять требования. Серые глаза испуганно расширились, когда Корина посмотрела на криво ухмыляющегося парня.

- Нет! Он умрет! - Корина растерянно посмотрела на отца. Замотала головой и шарахнулась к стене. - Нельзя так!

- Он - всего лишь преступник! Пойми это. К тому же, он в любом случае умрет... - устало сообщил один из гостей, почти с ненавистью глядя на упрямую девчонку. Мало того, что та глупа и не умеет держать себя в руках, а еще и упряма как осел. Так еще и задерживыет их в этой дыре! А дел нынче у Главного дознавателя не мало... - Ты сделаешь ему огромную милость, если его казнь свершится всего лишь через поцелуй. Быстро и относительно безболезненно. Уж лучше так, чем медленноечетвертова­ние.

- Но...

- Целуй, красавица. - хрипло и издевательски хохотнул парень, кривя разбитые губы. - Уж лучше ты, чем наши Достопоч-ч-чтенные палач-ч-чи!

Корина растерянно посмотрела на него, не решаясь приблизиться. Прикусила чуть пухлую губу, покосилась на отца, гостей. Нерешительно приблизилась к нему, присела на корточки и быстро, не глядя, мазнула губами о его. А потом отскочила, наблюдая за сотрясающимся в конвульсиях телом. Еще несколько секунд, и преступник затих.

- Ну что же, эксперимент прошел удачно. Наше министрество выделит вам финансирование.Перв­ая партия малышек для второго эксперимента прибудет завтра. Ждите.- бесстрастно сообщили палачи, забрали тело и уехали. Лишь несколько капель крови осталось как напоминание о произошедшем.

Корина вздрогнула и растерянно огляделась. Завтра... Маленькие девочки, которым испортят жизнь просто потому, что те сироты. Потому, что они понадобятся для таких вот казней? В этом-то девушка и сомневалась. Слишком легко и просто, чтобы быть правдой.

- Отец, есть ли способ вернуть тело в прежнее состояние? - тихо спросила девушка, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони.

- Что? Нет, конечно. - глухо хохотнул безумный ученый, устравиваясь в кресле. - Я наконец совершил главное дело всей своей жизни!!!

- Какое? То, что испортило жизнь мне? - глухо спросила Корина. Отец не ответил. Впрочем, девушка и не ждала ответа. Она лишь грустно вздохнула. Решиться на то, что она собралась сделать? Безумие. Но... Это единственный способ уберечь ни в чем не повинных малышек. - Прости, отец.

Корина просто коснулась щеки отца, который в первое мгновение дернулся, растерянно расширив глаза, а потом и вовсе упал на пол, заставив дочь отскочить. Девушка не смотрела на его мучения. Лишь вышла во двор, где к ней подбежал котенок. Глупенький Раш, подбегающий даже несмотря на то, что она ядовита. Она лишь усмехнулась и покачала головой, уклоняясь от поглаживания золотистой мягкой шкуркой о ноги.

Через пять минут все было кончено. Корина смотрела на мертвое тело отца и... ничего не чувствовала. Словно ее отец умер давным давно, а здесь жило лишь бездушное жестокое тело, сошедшее с ума из-за ложного величия. Как горько...

Нужно было уничтожить записи, и Корина подожгла дом. Тот занимался не охотно, явно не хотел гореть, но вскоре занялся весь, напомнив один огромный факел. Девушка молча покачнулась и направилась в сторону обрыва. Она знала, что записи сгорят точно. Именно их она и подожгла.

Она не хотела, чтобы кто-то пострадал из-за глупых исследований отца. Эти записи не могли никому принести счастья. Лишь несчастья и боль. Какие глупые исследования... И на ЭТО ее отец потратил больше пятнадцати лет своей жизни?

Раш золотистым облачком поскакал следом. Корина криво усмехнулась, наклоняясь и подхватывая его на руки. Все же, отправляясь в последний путь ей нужна была некая поддержка. Прыгнуть с обрыва, чем не достойная смерть? Лучше уж так, чем если бы ее завтра обнаружат эти палачи и увезут в город, чтобы отправить в лабораторию. Нет уж, лучше смерть.

Когда Корина уже почти скрылась в лесу, ее окрикнули. Девушка обернулась. Перед ней стоял невысокий парень с растрепанными черными волосами изелеными глазами. На вид ему можно было дать не больше семнадцати, но остро прищуренные глаза и складка между бровями выдавали совсем не детский характер. Небрежная, но достаточно богатая одежда явно говорила о том, что он не так и прост.

- Ты верь Корина Альней? - тихо спросил незнакомец, чуть склоняя голову на бок. Девушка нахмурилась и попятилась назад. Заметив это, тот поспешил пояснить. - Не волнуйся, я здесь не за этим. Мне нужна помощь! Твой отец исследовал Ядовитых принцесс, так?

- Да. - на грани слышимости прошептала Корина, настороженно глядя на него. - Что вам нужно?

- Дело в том, что у меня есть... ммм... подруга. - брюнет замялся и покраснел. - Она мне нравится. Очень! Но... Понимаешь, она - одна из Ядовитых принцесс!!! А сейчас она заболела! Можно сделать так, чтобы ее тело перестало быть ядовитым? Ведь ей очень плохо!

- Нет. - Корина грустно улыбнулась. - Ядовитых принцесс невозможно вылечить. К сожалению, это невозможно.

Развернулась и направилась было в лес, но остановилась. Не оборачиваясь, прошептала:

- Без яда мы... наш организм начинает вскоре разрушаться, чторано или поздно приведет к гибели. Мне жаль. Передай ей, что мне и правда жаль.

­­

Музыка Просто следуй за своей мечтой
Настроение: Воздушное.
Хочется: отдыха
Категории: Мои истории
пятница, 17 августа 2018 г.
ебАаТтЬьЬ ГАРДЕНЫ ЗАВТРА В МСК БУДУТ ВЫСТУПАТЬ..... aйзек 13:55:35
ебАаТтЬьЬ
ГАРДЕНЫ ЗАВТРА В МСК БУДУТ ВЫСТУПАТЬ.....
показать предыдущие комментарии (6)
23:35:53 Storment
из этой же оперы найти классных чуваков влюбиться в них и узнать что они были в россии месяц назад например и не приедут еще двести лет
23:37:00 Storment
хотя пропустить приезд чуваков которых ты давно знаешь обиднее все равно
08:09:12 aйзек
не знала... я за ними долго не следила. ппц. да я ибы и не поехала, нет деняк.... у тебя так было, да? :с
09:04:00 Storment
блин вот ВСЕГДА эта хуйня))) у меня так было даже когда я была в мск то есть тупо на билет не хватало ну и плюс я тоже почти всегда узнавала о концертах в последний момент так что даже не было возможности отложить деняк.. как проклятие какое-то ой да, много раз :-D­
с//7788 Earl Ciel Phantomhivе 13:24:26
В моем городе совершенно нечем заняться, скучно, друзей тут уже давно нет. Есть одна подруга, которая живёт на другом конце города, а так хочется выйти с кем нибудь погулять вечером по району.

Бл*ть!!11 Но прям су//а почти как у меня аж, ох//вает по свойски:-?­ (:|­

Категории: Ой блин, Рил
среда, 15 августа 2018 г.
Бродский. Renisan 10:32:52

«Вертумн»

I

Я встретил тебя впервые в чужих для тебя широтах.
Нога твоя там не ступала; но слава твоя достигла
мест, где плоды обычно делаются из глины.
По колено в снегу, ты возвышался, белый,
больше того - нагой, в компании одноногих,
тоже голых деревьев, в качестве специалиста
по низким температурам. "Римское божество" -
гласила выцветшая табличка,
и для меня ты был богом, поскольку ты знал о прошлом
больше, нежели я (будущее меня
в те годы мало интересовало).
С другой стороны, кудрявый и толстощекий,
ты казался ровесником. И хотя ты не понимал
ни слова на местном наречьи, мы как-то разговорились.
Болтал поначалу я; что-то насчет Помоны,
петляющих наших рек, капризной погоды, денег,
отсутствия овощей, чехарды с временами
года - насчет вещей, я думал, тебе доступных
если не по существу, то по общему тону
жалобы. Мало-помалу (жалоба - универсальный
праязык; вначале, наверно, было
"ой" или "ай") ты принялся отзываться:
щуриться, морщить лоб; нижняя часть лица
как бы оттаяла, и губы зашевелились.
"Вертумн", - наконец ты выдавил. "Меня зовут Вертумном".

II

Это был зимний, серый, вернее - бесцветный день.
Конечности, плечи, торс, по мере того как мы
переходили от темы к теме,
медленно розовели и покрывались тканью:
шляпа, рубашка, брюки, пиджак, пальто
темно-зеленого цвета, туфли от Балансиаги.
Снаружи тоже теплело, и ты порой, замерев,
вслушивался с напряжением в шелест парка,
переворачивая изредка клейкий лист
в поисках точного слова, точного выраженья.
Во всяком случае, если не ошибаюсь,
к моменту, когда я, изрядно воодушевившись,
витийствовал об истории, войнах, неурожае,
скверном правительстве, уже отцвела сирень,
и ты сидел на скамейке, издали напоминая
обычного гражданина, измученного государством;
температура твоя была тридцать шесть и шесть.
"Пойдем", - произнес ты, тронув меня за локоть.
"Пойдем; покажу тебе местность, где я родился и вырос".

III

Дорога туда, естественно, лежала сквозь облака,
напоминавшие цветом то гипс, то мрамор
настолько, что мне показалось, что ты имел в виду
именно это: размытые очертанья,
хаос, развалины мира. Но это бы означало
будущее - в то время, как ты уже
существовал. Чуть позже, в пустой кофейне
в добела раскаленном солнцем дремлющем городке,
где кто-то, выдумав арку, был не в силах остановиться,
я понял, что заблуждаюсь, услышав твою беседу
с местной старухой. Язык оказался смесью
вечнозеленого шелеста с лепетом вечносиних
волн - и настолько стремительным, что в течение разговора
ты несколько раз превратился у меня на глазах в нее.
"Кто она?" - я спросил после, когда мы вышли.
"Она?" - ты пожал плечами. "Никто. Для тебя - богиня".

IV

Сделалось чуть прохладней. Навстречу нам стали часто
попадаться прохожие. Некоторые кивали,
другие смотрели в сторону, и виден был только профиль.
Все они были, однако, темноволосы.
У каждого за спиной - безупречная перспектива,
не исключая детей. Что касается стариков,
у них она как бы скручивалась - как раковина у улитки.
Действительно, прошлого всюду было гораздо больше,
чем настоящего. Больше тысячелетий,
чем гладких автомобилей. Люди и изваянья,
по мере их приближенья и удаленья,
не увеличивались и не уменьшались,
давая понять, что они - постоянные величины.
Странно тебя было видеть в естественной обстановке.
Но менее странным был факт, что меня почти
все понимали. Дело, наверно, было
в идеальной акустике, связанной с архитектурой,
либо - в твоем вмешательстве; в склонности вообще
абсолютного слуха к нечленораздельным звукам.

V

"Не удивляйся: моя специальность - метаморфозы.
На кого я взгляну - становятся тотчас мною.
Тебе это на руку. Все-таки за границей".

VI

Четверть века спустя, я слышу, Вертумн, твой голос,
произносящий эти слова, и чувствую на себе
пристальный взгляд твоих серых, странных
для южанина глаз. На заднем плане - пальмы,
точно всклокоченные трамонтаной
китайские иероглифы, и кипарисы,
как египетские обелиски.
Полдень; дряхлая балюстрада;
и заляпанный солнцем Ломбардии смертный облик
божества! временный для божества,
но для меня - единственный. С залысинами, с усами
скорее а ла Мопассан, чем Ницше,
с сильно раздавшимся - для вящего камуфляжа -
торсом. С другой стороны, не мне
хвастать диаметром, прикидываться Сатурном,
кокетничать с телескопом. Ничто не проходит даром,
время - особенно. Наши кольца -
скорее кольца деревьев с их перспективой пня,
нежели сельского хоровода
или объятья. Коснуться тебя - коснуться
астрономической суммы клеток,
цена которой всегда - судьба,
но которой лишь нежность - пропорциональна.

VII

И я водворился в мире, в котором твой жест и слово
были непререкаемы. Мимикрия, подражанье
расценивались как лояльность. Я овладел искусством
сливаться с ландшафтом, как с мебелью или шторой
(что сказалось с годами на качестве гардероба).
С уст моих в разговоре стало порой срываться
личное местоимение множественного числа,
и в пальцах проснулась живость боярышника в ограде.
Также я бросил оглядываться. Заслышав сзади топот,
теперь я не вздрагиваю. Лопатками, как сквозняк,
я чувствую, что и за моей спиною
теперь тоже тянется улица, заросшая колоннадой,
что в дальнем ее конце тоже синеют волны
Адриатики. Сумма их, безусловно,
твой подарок, Вертумн. Если угодно - сдача,
мелочь, которой щедрая бесконечность
порой осыпает временное. Отчасти - из суеверья,
отчасти, наверно, поскольку оно одно -
временное - и способно на ощущенье счастья.

VIII

"В этом смысле таким, как я, -
ты ухмылялся, - от вашего брата польза".

IX

С годами мне стало казаться, что радость жизни
сделалась для тебя как бы второй натурой.
Я даже начал прикидывать, так ли уж безопасна
радость для божества? не вечностью ли божество
в итоге расплачивается за радость
жизни? Ты только отмахивался. Но никто,
никто, мой Вертумн, так не радовался прозрачной
струе, кирпичу базилики, иглам пиний,
цепкости почерка. Больше, чем мы! Гораздо
больше. Мне даже казалось, будто ты заразился
нашей всеядностью. Действительно: вид с балкона
на просторную площадь, дребезг колоколов,
обтекаемость рыбы, рваное колоратуро
видимой только в профиль птицы,
перерастающие в овацию аплодисменты лавра,
шелест банкнот - оценить могут только те,
кто помнит, что завтра, в лучшем случае - послезавтра
все это кончится. Возможно, как раз у них
бессмертные учатся радости, способности улыбаться.
(Ведь бессмертным чужды подобные опасенья.)
В этом смысле тебе от нашего брата польза.

X

Никто никогда не знал, как ты проводишь ночи.
Это не так уж странно, если учесть твое
происхождение. Как-то за полночь, в центре мира,
я встретил тебя в компании тусклых звезд,
и ты подмигнул мне. Скрытность? Но космос вовсе
не скрытность. Наоборот: в космосе видно все
невооруженным глазом, и спят там без одеяла.
Накал нормальной звезды таков,
что, охлаждаясь, горазд породить алфавит,
растительность, форму времени; просто - нас,
с нашим прошлым, будущим, настоящим
и так далее. Мы - всего лишь
градусники, братья и сестры льда,
а не Бетельгейзе. Ты сделан был из тепла
и оттого - повсеместен. Трудно себе представить
тебя в какой-то отдельной, даже блестящей, точке.
Отсюда - твоя незримость. Боги не оставляют
пятен на простыне, не говоря - потомства,
довольствуясь рукотворным сходством
в каменной нише или в конце аллеи,
будучи счастливы в меньшинстве.

XI

Айсберг вплывает в тропики. Выдохнув дым, верблюд
рекламирует где-то на севере бетонную пирамиду.
Ты тоже, увы, навострился пренебрегать
своими прямыми обязанностями. Четыре времени года
все больше смахивают друг на друга,
смешиваясь, точно в выцветшем портмоне
заядлого путешественника франки, лиры,
марки, кроны, фунты, рубли.
Газеты бормочут "эффект теплицы" и "общий рынок",
но кости ломит что дома, что в койке за рубежом.
Глядишь, разрушается даже бежавшая минным полем
годами предшественница шалопая Кристо.
В итоге - птицы не улетают
вовремя в Африку, типы вроде меня
реже и реже возвращаются восвояси,
квартплата резко подскакивает. Мало того, что нужно
жить, ежемесячно надо еще и платить за это.
"Чем банальнее климат, - как ты заметил, -
тем будущее быстрей становится настоящим".

XII

Жарким июльским утром температура тела
падает, чтоб достичь нуля.
Горизонтальная масса в морге
выглядит как сырье садовой
скульптуры. Начиная с разрыва сердца
и кончая окаменелостью. В этот раз
слова не подействуют: мой язык
для тебя уже больше не иностранный,
чтобы прислушиваться. И нельзя
вступить в то же облако дважды. Даже
если ты бог. Тем более, если нет.

XIII

Зимой глобус мысленно сплющивается. Широты
наползают, особенно в сумерках, друг на друга.
Альпы им не препятствуют. Пахнет оледененьем.
Пахнет, я бы добавил, неолитом и палеолитом.
В просторечии - будущим. Ибо оледененье
есть категория будущего, которое есть пора,
когда больше уже никого не любишь,
даже себя. Когда надеваешь вещи
на себя без расчета все это внезапно скинуть
в чьей-нибудь комнате, и когда не можешь
выйти из дому в одной голубой рубашке,
не говоря - нагим. Я многому научился
у тебя, но не этому. В определенном смысле,
в будущем нет никого; в определенном смысле,
в будущем нам никто не дорог.
Конечно, там всюду маячат морены и сталактиты,
точно с потекшим контуром лувры и небоскребы.
Конечно, там кто-то движется: мамонты или
жуки-мутанты из алюминия, некоторые - на лыжах.
Но ты был богом субтропиков с правом надзора над
смешанным лесом и черноземной зоной -
над этой родиной прошлого. В будущем его нет,
и там тебе делать нечего. То-то оно наползает
зимой на отроги Альп, на милые Апеннины,
отхватывая то лужайку с ее цветком, то просто
что-нибудь вечнозеленое: магнолию, ветку лавра;
и не только зимой. Будущее всегда
настает, когда кто-нибудь умирает.
Особенно человек. Тем более - если бог.

XIV

Раскрашенная в цвета зари собака
лает в спину прохожего цвета ночи.

XV

В прошлом те, кого любишь, не умирают!
В прошлом они изменяют или прячутся в перспективу.
В прошлом лацканы уже; единственные полуботинки
дымятся у батареи, как развалины буги-вуги.
В прошлом стынущая скамейка
напоминает обилием перекладин
обезумевший знак равенства. В прошлом ветер
до сих пор будоражит смесь
латыни с глаголицей в голом парке:
жэ, че, ша, ща плюс икс, игрек, зет,
и ты звонко смеешься: "Как говорил ваш вождь,
ничего не знаю лучше абракадабры".

XVI

Четверть века спустя, похожий на позвоночник
трамвай высекает искру в вечернем небе,
как гражданский салют погасшему навсегда
окну. Один караваджо равняется двум бернини,
оборачиваясь шерстяным кашне
или арией в Опере. Эти метаморфозы,
теперь оставшиеся без присмотра,
продолжаются по инерции. Другие предметы, впрочем,
затвердевают в том качестве, в котором ты их оставил,
отчего они больше не по карману
никому. Демонстрация преданности? Просто склонность
к монументальности? Или это в двери
нагло ломится будущее, и непроданная душа
у нас на глазах приобретает статус
классики, красного дерева, яичка от Фаберже?
Вероятней последнее. Что - тоже метаморфоза
и тоже твоя заслуга. Мне не из чего сплести
венок, чтоб как-то украсить чело твое на исходе
этого чрезвычайно сухого года.
В дурно обставленной, но большой квартире,
как собака, оставшаяся без пастуха,
я опускаюсь на четвереньки
и скребу когтями паркет, точно под ним зарыто -
потому что оттуда идет тепло -
твое теперешнее существованье.
В дальнем конце коридора гремят посудой;
за дверью шуршат подолы и тянет стужей.
"Вертумн, - я шепчу, прижимаясь к коричневой половице
мокрой щекою, - Вертумн, вернись".

1990

Категории: Стихи


†Нарисованный мелом† > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)

читай на форуме:
хэйхэйхэй 8-|
Ник
хочу критику к фотам))
пройди тесты:
Неревар6
Этого не было в манге...Пятый поворот
Твоя жизнь с Гаарой ( 10 )
читай в дневниках:
ищу друзей!
мне бы найти хоть кого нибудь!

  Copyright © 2001—2018 BeOn
Авторами текстов, изображений и видео, размещённых на этой странице, являются пользователи сайта.
Задать вопрос.
Написать об ошибке.
Оставить предложения и комментарии.
Помощь в пополнении позитивок.
Сообщить о неприличных изображениях.
Информация для родителей.
Пишите нам на e-mail.
Разместить Рекламу.
If you would like to report an abuse of our service, such as a spam message, please contact us.
Если Вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста, напишите нам.

↑вверх